Не прикусывай рта, не ищи покурить,
К черту просто слова, ни к чему говорить.
Черной меткой по лбу по анфасу печать,
Лучше просто молчать.Идет охота на волчат.
Время и место:
09.08.2023, раннее утро, чуть брезжится рассвет. Великобритания, Лондон, магические окраины; двор дома четы Беккет.Действующие лица:
Мелани Мэлоун, Эшли Паркер, Дэвид ХейлиСобытия:Ситуация и так не очень приятная, если ты в первый же день работы обязана в экстренном режиме явиться на сонные и злые глаза начальницы в пять утра, чтобы помогать ей с репортажем. А уж если предмет репортажа - два трупа и Темная Метка над домом этих людей, еще несколько часов назад делавших свои последние вздохи... об испорченном утре и говорить нечего.
Фотоохота на волчат
Сообщений 1 страница 13 из 13
Поделиться12015-09-16 16:26:45
Поделиться22015-09-16 16:27:51
С самого детства Мелани, как многие другие маггловские дети и даже некоторые из волшебных семей, всегда брала с собой фотоаппарат во все поездки и на любые мало-мальски знаменательные мероприятия, а порой и просто на прогулку в одиночестве, не ожидая увидеть ничего особенного, но фотографируя различные мелочи, на которые в обычно бешеном ритме жизни даже не обращаешь внимания. В первые месяцы своего пребывания в Хогвартсе она не расставалась с камерой, а затем пачками отправляла отцу полученные снимки, прилагая их к пространным письмам. Стены ее комнаты увешаны фотографиями европейских городов, сделанных во время поездки летом перед пятым курсом, фотографиями гор-восьмитысячников и буддийских храмов, и океана цвета ярче неба, и густой морской пены, в которой наметанный глаз ученого угадывает давно вымерший вид животных.
Странное дело, что только на 19-ом году жизни Лэни в руки попал раствор для проявки фотографий, которым пользуются волшебники, чтобы вдыхать в свои снимки жизнь. Девушка окунала в жидкость все, что попадалось под руку, даже страницы маггловских журналов. Таким образом она впервые за более чем 10 лет увидела по-настоящему улыбающуюся маму, а не застывшую в статической позе. Пожалуй, именно после этого Мел и начала утверждаться в мысли, что можно было бы сделать магическую фотографию своей профессией, почему бы и нет.
Как бы Мелс ни любила абсурдного, нелепого и неказистого "Придиру" с его совершенно неправдоподобными идеями и выдуманными существами, какой бы теплый и дружный коллектив у журнала не был, хотя и девушке редко приходилось с кем-то непосредственно общаться, тем более в живую, а не по переписке, но все же формат издания в принципе не подразумевал наличия такого сотрудника в штате, как фотограф, поэтому пришлось Мелани крутиться и искать другие варианты. Почему-то ей казалось, что вероятнее всего получить ответ с положительным решением в утверждении ее в должности из "Ведьминого досуга" и потом фотографировать для него аппетитные пирожки, девушек в разноцветных мантиях, которые на фотографиях все равно были бы черно-белыми, и обладателей самой очаровательной улыбки, но судьба решила распорядиться иначе и забросить несколько ошарашенную Мэлоун туда, где она рассчитывала оказаться меньше всего. Шутка ли, так вот ни с того ни с сего оказаться принятой в команду самой крупной газеты волшебного мира.
Итак, настал день X, первый рабочий день Мел на новом месте. Для того, чтобы оказаться на пороге кабинета начальницы не просто вовремя, но еще и с некоторым запасом времени, достаточным, чтобы можно было еще несколько минут потратить на то, чтобы в нерешительности попереминаться с ноги на ногу и поправить неизменно спадающие на глаза волосы, Лэни пришлось поднять себя ни свет ни заря, с первыми лучами немилостиво раннего августовского солнца. Немного утешало разве что только то, что не она одна такая великомученица, но и вышеупомянутая начальница тоже. Оставалось надеяться, что мисс Паркер столь же пунктуальна, как и ее новая подопечная, а не заставит себя ждать еще эдак с полчаса.
Вообще говоря об Эшли Паркер, когда Мел узнала, что ей следует явиться к ней, нисколько не удивилась, что имя журналистки оказалось совершенно незнакомым, но предварительно решила это исправить и ознакомиться с ее работами. Стиль у мисс Паркер был резкий, живой, в немалой степени претенциозный. Автор статей в ходе их чтения представлялась столь же бойкой, а то как же иначе, и почему-то рыжей. Мел, идущая на поводу у своего оптимизма, надеялась на то, что они быстро найдут общий язык, хотя теперь, стоя перед дверью кабинета Эшли, уже не была в этом так уверена. Но пока сомнения окончательно не овладели разумом и не подсказали идеи развернуться и позорно бежать из здания редакции "Ежедневного пророка", Мелани собрала остатки решительности, постучалась и толкнула дверь, с некоторой долей обреченности отметив, что та охотно поддалась, и вошла внутрь комнаты.
- Мисс Паркер? - позвала ее Мел, машинально постукивая висящую на шее камеру по объективу и осознавая, что имеет весьма смутное представление, что собирается сейчас сказать. - Доброе утро. Меня зовут Мелани Мэлоун. Вы, должно быть, уже в курсе, что... с сегодняшнего дня я заступаю на работу под ваше руководство.
Поделиться32015-09-16 16:28:20
Патронус у Эш был, конечно же, лиса; но если нужно было различать между совой и жаворонком, то, опустив расчеты показателей по внешнему виду, она, конечно, причисляла себя к совам. Ничего она так не любила, как вставать далеко за полдень по выходным, и ничего так не ненавидела, как неожиданно пробуждаться от звонка телефона и бежать по экстренному вызову ни свет ни заря; и когда сегодня такой звонок раздался, она прокляла все на свете и возненавидела весь мир.
Эш, привет. Срочно нужен репортер. Да я у вас что, один репортер на весь "Пророк"?! Ну уж наверняка нет; если я "младший журналист", должны быть и старшие - пусть они и посещают все ваши новостные вечеринки, или, точнее сказать, утренники, а я полежу, у меня, знаете ли, выходной сегодня. А так и статья плохая может получиться, господа, перо по выходным не строчит. Но угрозам Паркер не вняли, прекрасно понимая, что она за свою работу держится и никуда не денется, даже если ее заваливать работой с ног до головы; как бы Эш ни бесило чувствовать себя бесправной рабыней на службе у средств массовой информации, платили тут хорошо, и жизнь была интересная.
Каждый день что-то случалось. Вот вы, простые смертные, живете просто так, смотрите телевизор и не чувствуете, что все, что вам там показывают, происходит прямо-таки под вашим носом! В случае с Эш все действительно происходило на ее глазах: рождались дети знаменитостей, проходили выборы, начинались турниры дуэлянтов, возвращались волдеморты... Она чувствовала себя в центре активности, ощущала, как жизнь бьет ключом - иногда и по голове, но здесь уже был особенный риск, без которого не существовала ни одна профессия. Авроров могли убить на задании, а репортеру могли угрожать исподтишка. Правда, до сих пор с Паркер такого не приключалось. Чаще ей доставались идиотские темы статей, не влиявших на политику сильных мира сего и не переворачивавших вселенную.
- Если ты скажешь, что только что у Джинни Поттер случился выкидыш, и я должна писать об этом трагическую статью, я отрежу тебе мужское достоинство, - зевнула Паркер, входя в свой кабинет и доставая из кармана тушь с зеркальцем, чтобы сесть за стол, закинуть босые пятки на него (каблуки очень утомляли), и начать медленно, с открытым ртом, наводить марафет, не обращая внимания на то, что в кабинете находился ее коллега, Аарон. Она не стала краситься дома, чтобы побыстрее разделаться с репортажем и вернуться в теплую постель, но сейчас ей почему-то сказали подождать, и она собиралась провести это время с пользой.
- Эш, не до шуток, - услышала Эшли в ответ. Это было странно, и она сразу убрала ноги со стола: обычно любые слова Паркер и вообще, созерцании ее в целом доставляли Аарону огромное удовольствие, хотя быть с ним она не намеревалась ни за какие пряники - и серьезный тон сейчас был очень внезапен и показателен. - Дело очень серьезное. Только что было совершено нападение на семью магглорожденных волшебников; двое мертвы. Нужно поехать на место преступления и написать небольшой некролог. Сможешь?
Паркер отложила тушь. Теперь ее вымученная утренняя шутка казалась настолько неуместной, что ей даже стало как-то неловко: она пробормотала что-то вроде извинения. Убийство, прямо у нее под носом... И она должна будет... что? Поехать, описать, что произошло, выяснить, кто были убитые, поговорить с полицейскими? Это был шанс получить первую полосу, сорвать сенсацию; но цена была какая-то очень странная, прямо скажем, жутковатая. Впрочем, Паркер быстро опомнилась; она была журналисткой и должна была быть готова ко всему: слабость в ее профессии была прямой дорогой к увольнению.
- Конечно, смогу, - сказала она уже без своей типичной насмешливой улыбки. - Только фотографа у меня все еще нет...
- Сейчас будет, - загадочно ответил Аарон.
Загадка разрешилась в течение минуты, когда раздался стук в дверь и в комнату вошла симпатичная молоденькая девчушка с фотоаппаратом на шее. Паркер улыбнулась одной из своих лучших приветственных улыбок; бросив на Аарона взгляд, ищущий подтверждения, и получив в ответ кивок, она встала с места и подошла к представившейся подчиненной.
- Хай, Мелс, - бодро пожала Паркер руку Мэлоун: с таким умилительным экстазом старшие сестры обычно теребят новорожденных за щечки. - Зови меня Эш, так всем будет веселее. Ash and Melon, пепел и дынька, вот так компания, правда? Звучит, как название фолк-рок группы. А это Аарон, он сообщает нам о новостях, почти всегда невовремя. Но сегодня особое дело. Ты когда-нибудь была на месте... преступления?
Паркер начала издалека, задорно, для того, чтобы по крайней мере в общении с ней у новоявленного фотографа проблем не возникло. Потому что она не было уверена, выдержит ли такая милая и хрупкая девчоночка предстоящее им зрелище.
Поделиться42015-09-16 16:29:09
В жизни каждого, ну или, по крайней мере, каждого второго, рано или поздно наставал такой момент, когда, перенервничав, изо всех сил стараешься выглядешь солидно и впоследствии чувствуешь себя круглым идиотом, когда все старания оказываются насмарку и к тебе, всему такому серьезному, подкатывает неожиданное в своей легкости нечто, панибратски изрекая что-то в духе "Здарова, братиша, будем знакомы". Мелани, которой казалось, что она успела морально приготовиться ко всему, сначала растерялась, но покорно протянула новой начальнице руку, тем временем по-быстрому постаравшись себя сорганизовать и взять в руки. Прямо-таки от души отлегло при осознании того факта, что Эшли в жизни оказалась не так далека от образа, который в ходе ознакомления с ее статьями нарисовало Мел воображение. А то нашлась бы на ее голову какая-нибудь стервозная бизнес-леди с мордой кирпичом и не наводящая своим видом ничего, кроме ужаса, и что бы Мел с ней делала? Нет, ну конечно, общий язык постаралась бы найти, но также обязательно поломала бы голову над тем, как им можно было бы совместно работать и при этом лишний раз не пришлось контактировать.
Мелс иронично выгнула бровь: дынька, серьезно? По-всякому ее раньше называли, но до такого отчего-то никто еще не додумывался. Боже, кабы не приклеилось только. И - Мел тихонько хмыкнула - да уж, название для фолк-рок группы. Она бы сама группу так не назвала - уж больно абсурдно звучит. Хотя, стоит заметить, ведь когда-то она действительно думала податься в музыканты, да вот только сама ничего для этого не умеет, разве что поет немного, и то только для своих, так что желание быстро перегорело. Интересно, Эш просто интересуется маггловской культурой или, как и Мел, выросла среди магглов? В любом случае, как ей показалось, это тоже должно упростить общение, а то Мелани, можно сказать, застряла меж двух миров и порой случалось, что замучаешься объяснять своим чистокровным друзьям значение устойчивых выражений, к которым с детства привыкла, или что такое адронный коллайдер, как он работает и на кой понадобился.
- На месте преступления? - переспросила Мэлоун, тепло улыбнувшись Аарону и принявшись теребить связку фенек, дабы чем-нибудь занять руки. Только, казалось бы, спавшее напряжение снова начало нарастать по мере прихода к Мел понимания того, к чему Эшли клонит. - Эээм... Нет.
Ну не принимать же в расчет то, как Лэни, позевывая, шла с поздних тренировок по квиддичу и пару-тройку раз натыкалась на крадущихся с грацией ниндзя Поттера, или Уизли, или Нотта. Да и то, видела лишь, как они подозрительно куда-то пробирались, а уж куда - оставалось только догадываться; с поличным ловить бывшей хаффлпаффке никого из них так и не доводилось. Словом, нет, как Мел честно и ответила, она никогда не была на месте даже малейшего преступления, не считая разве что зайцев в общественном транспорте и списывания на экзаменах.
И почему ей казалось, что поднимать сотрудников чуть солнце встало ради того, чтобы с утра пораньше заполучить статью об ограблении кафе-мороженого Флориана Фортескью, никто не стал бы? Тут уж должно было случиться что-то в достаточной мере громкое, скандальное, возможно даже - хотя этого очень хотелось бы как-нибудь избежать - жуткое.
- Что случилось-то? Куда нас отправляют? - спросила Мел, чуть нервозно почесывая локоть.
Поделиться52015-09-16 16:29:34
Эш была уверена, что правильно выбрала дискурс собственной речи (который мог варьироваться в самых разнообразных комбинациях и стилях) для этого быстрого, но важного знакомства. Первое впечатление было всегда самым важным, всегда влияло на дальнейшие отношения, и преодолевать барьеры, поставленные этими вот первыми шагами, было бы очень сложно впоследствии, как бы, может, и ни была полезна в отношениях вертикальных четко выраженная иерархия. Малейшее изменение жеста - и старт мог бы быть дан в совершенно другом направлении; например, если бы Эш не подала подчиненной руку, или не возразила бы против обращения на вы. Глуповатое, возможно, в любых других условиях упоминание маггловских музыкальных стилей, да и довольно прозрачная шутка в любой другой ситуации были бы неуместны, но Паркер знала, что именно такие, вроде бы, неадекватные фразы, заставляют людей раскрепощаться - и, как следствие, выполнять свою работу эффективнее, что было в условиях важного и первого репортажа просто жизненно необходимо. И вот теперь Мелани Мелоун должна была почувствовать к ней определенного рода зарождающуюся приязнь. Ее было не трудно склонить на свою сторону: Паркер встречала людей куда более сложных, которые в конечном итоге пасовали перед ее странным, но живым обаянием.
Возможно, теперь им было бы легче отправиться на задание. Хотя бы вдвоем. Несмотря на то, в каких условиях росла Эш, она не была привычна к жестокости и открытому насилию в обстановке, регулярно окружающей ее сейчас; поэтому все события, которые начали полгода назад врываться в ее мир, относительно стабилизировавшийся, вызывали в ней естественную тревогу и даже ужас, который она не хотела бы - при всей своей толстокожести - встречать лицом к лицу в одиночку. Более того, присутствие неопытной и молоденькой Мелани под боком спасло бы ее от желания вести себя по-детски, бояться и психовать: она должна была бы показывать пример. Короче, новый фотограф был как нельзя кстати; оставалось теперь только убедиться, что ее действительно можно взять с собой и что она не разнесет все место преступления к чертям в неожиданной истерике.
- Как видишь, Мелс, неожиданные утренние вызовы обычно не предвещают ничего хорошего, - немного помрачнев, заявила Эш с видом слегка снисходительного гуру. - Идет война... и у войны есть жертвы. Последователи Того-Кого-Нельзя-Называть совершили новое нападения и, я боюсь, нам придется стать одними из первых, кто об этом узнает, так сказать, из первых уст, по свежим следам, и расскажет людям.
Паркер пытливо уставилась на Мелоун, ожидая ее реакции. Впрочем, какая бы эта реакция ни была, особого выбора не было: взять новобранку на задание все равно пришлось бы, хотя бы в качестве пробы, - а там уж можно было посмотреть, способна ли она сопровождать свою относительно стойкую в этом отношении начальницу на таких вызовах и дальше, да и захочет ли. Возможно, здесь мог возникнуть закономерный вопрос - почему начальница сама, собственно, терпела такие вызовы и не перекладывала их на чужие плечи? Если бы его задали Паркер лично, возможно, она бы, чтобы не произвести дурного впечатления правдивым ответом, сослалась бы на нежелание терять хорошую работу - но дело было совсем не в том.
На самом деле, Эшли не сильно волновали эти убийства, не касающиеся ее самой. Она могла на словах сожалеть о потере магическим сообществом столь достойных граждан, однако в душе она чувствовала глубокое безразличие к каждой жертве - а иначе в ее профессии было нельзя: можно было бы просто свихнуться от наплывов бесконечных эмоциональных лавин. Нет, все те переживания, которые Паркер вкладывала в свои статьи, она искусно ткала из догадок, домыслов и типичных суждений, создавая в целом полотна мыслей, которые в равной степени могли быть присущи всем читателям Ежедневного Пророка, в равной степени могли тронуть любого и, как следствие, принести ей признание. "Она в точности выразила то, что я сам чувствую!" - не это ли высшая похвала журналисту, не это ли то, к чему каждый должен стремиться, желая продать свои статьи? Поэтому убийство супружеской четы Беккетов было необыкновенной удачей для карьерного роста Паркер. Хорошая статья с ее именем над заголовком заняла бы первую полосу; строки, в жалостливо-яростных интонациях которых каждый бы узнал себя, стали бы сенсацией. Осознав это, Эшли еле сдержалась от того, чтобы поблагодарить Аарона за такой жуткий, но полезный вызов.
- Супружеская чета Джорджа и Клары Беккет была обнаружена бездыханной менее часа назад, - с прекрасно сыгранной скорбью в голосе проговорила Эшли - как будто лично была знакома с обоими погибшими. - Нужно будет взять интервью у родственников погибших, мракоборцев, работающих на месте преступления, сделать фотографии, составить краткие досье - и все это примерно за час, чтобы статья успела появиться в утреннем Пророке. Ты справишься, я могу на тебя положиться?
Поделиться62015-09-16 16:29:59
...а все же в ограблении кафе-мороженого тоже была бы определенная сенсационность. По крайней мере, пришлось бы искать ответ на вытекающий из абсурдности ситуации главный вопрос: "Зачем?"
Хотя, пожалуй, да, как бы ни было смешно, но для "Ежедневного Пророка" происшествие мелковато. Как насчет ограбления Гринготтса? Или того же "УУУ" - как-никак, они там торгуют не только приколами и фейерверками, так что могло бы оказаться вполне себе катастрофично. Да, Мелани определенно не отказалась бы туда заскочить, пусть даже по работе.
В глубине души Лэни надеялась, что эта странная женщина - ее начальница - усмехнется, хлопнет ее по плечу и с ехидцей утешит в духе, что ты так распереживалась, трусишка, это же была шутка, и по правде говоря, вообще-то мы сейчас отправимся на матч по квиддичу; почему так рано? само собой, чтобы занять хорошие места.
Или наоборот, как раз-таки в глубине души Мэлоун прекрасно понимала, что сейчас услышит? Собственно, понимала, пожалуй, едва ли не с того момента, как оказалась вызвана на работу с утра пораньше.
Надо было все же дождаться ответа из "Ведьминого досуга", а то как будто она не представляла, с чем придется работать в "Пророке". Не пришлось бы отправляться ни на какое - даже мысленно произносить как-то не по себе - место убийства, да и вообще, что тоже существенно, лежала бы сейчас в родной кроватке и видела очередной сон. Черт дернул пойти в пусть самое популярное в магомире, но и самое скандальное издание. Сдалась ей вообще эта популярность? "Ежедневный пророк" звучит солиднее, чем "Придира". И фотографировать теперь трупы и Черные метки в небе вместо того, чтобы рисовать морщеногих кизляков и единорогов. Мел прекрасно же сама понимает, что для нее - уж лучше последнее. Никогда ведь не стремилась оказаться там, где оказалась. Ну да что уж теперь об этом говорить, когда стало поздновато отступать.
Теперь-то остается представить только все то, что через считанные минуты придется увидеть. Эту самую пресловутую Черную метку. Два трупа - тут воображение в красках преподнесло гораздо более устрашающую картину, чем, скорее всего, окажется на деле. Так рано ведь тела не сгниют, правда? Сфотографировать и то и другое, стараясь не задумываться о том, как это противно. А ведь речь идет просто о фотографии, каково тогда судмедэкспертам? Кстати, никогда раньше не приходилось задумываться, как медицинская экспертиза проходит у волшебников, но ведь наверняка отлично от того, что показывают в маггловских сериалах? Наверняка при помощи пары заклинаний не составляет труда все установить; хотя учитывая, что речь идет о нападении Пожирателей смерти, то тут и экспертом быть не надо, чтобы утверждать наверняка, что имеешь дело с Авадой Кедаврой.
- Н-н-ну, - поежившись, протянула Лэни. - Попробую, но я же никогда не... Хотя... Ладно, справлюсь, за меня не переживай, - сдавленно улыбнулась она. - Давай, капитан, веди. Трансгрессировать будем или с помощью сети летучего пороха доберемся? - поинтересовалась Мелс, вспоминая, как весело пересдавала тест на трансгрессию, особенно во второй раз. Да нет, в конце концов, сдала, но... словом, остается надеяться, что наконец-то, после стольких тренировок, обойдется без всяких казусов.
- Часто здесь приходится подрываться на работу с первыми петухами? - нервно усмехнувшись, спросила Мэлоун. - Ты сама-то как?
Поделиться72015-09-16 16:30:50
- Я полагаю, что каминная сеть в том доме заблокирована аврорами, поэтому придется трансгрессировать, - произнесла Эш почти весело, при этом не отходя совсем бездарно от серьезной роли скорбящего наблюдателя. Впрочем, этот образ был сформирован скорее для Мелани; Паркер даже не думала пытаться притвориться эдаким интересующимся жалостливым прохожим на месте преступления - авроры моментально раскусили бы ее, да и фотографировать из-под полы было бы проблематично. - Да, рановато... но как-нибудь справимся, зато будем первыми.
Конечно, их появление обещало стать неприятной неожиданностью для всех расследующих убийство. Но с другой стороны, продираться к новостям сквозь толпу телохранителей тайн для Паркер было не впервой, да и разговорить ей часто удавалось даже самых угрюмых и молчаливых свидетелей - важно было лишь задавать нужные вопросы нужным тоном, да поменьше врать потом, в статьях, чтобы не закрепить за собой устрашающую репутацию. Эшли не приветствовала подход печально известной Риты Скитер, которая из минимума информации умудрялась разворачивать максимум вымысла; вместо этого она любила узнавать как раз максимум, а потом преподносить его по-своему с определенной приправой из фотографий, доказательств и цитат - и работа ее напарницы была здесь ключевой. Теперь важно было, чтобы Мелани успела сделать несколько кадров прежде, чем кто-то бы ей это запретил. Впрочем, поводов для волнения было немного и вряд ли ей бы кто-то сильно мешал собирать материал: ведь авроры должны были понимать, что рано или поздно появятся пытливые журналисты и будет лучше сказать и показать им все, чем потом увидеть в сводке новостей кипящий котел гремучего зелья неправды и фальсификаций, компрометирующий их собственную работу.
И вот теперь, когда Аарон молча указал ей на карте местонахождение проклятого дома, Эшли кивнула, взяла Мелани за руку, придержала другой рукой сумку и отправилась в привычный полет с тихим, едва слышным вкрадчивым хлопком. Уже через секунду они появились на месте - прямо за чертой оцепления. Какой-то взмокший аврор с выпученными глазами бросился в их сторону, но Эшли автоматически ткнула ему в нос две карточки "Ежедневного Пророка" и на некоторое время заставила его замолчать, пока он раздраженно переписывал в свою тетрадь данные о ней и ее подчиненной. Ожидая пропуска, она осмотрелась.
Небольшой коттедж был абсолютно цел, не было заметно никаких следов разрушения или взлома - хозяева даже не успели войти внутрь, и лежали теперь, распластавшись, рядом с парадной лестницей, он - навзничь, с палочкой в руке, она - ничком, чуть поодаль, как будто пыталась убежать. А над домом, виденная Эшли раньше только на фотографиях, виднелась огромная, красивая и страшная изумрудная Метка - змея, выползающая из черепа с вытаращенными глазницами и осклабленной в улыбке жуткой пастью. Эшли не могла отвести от нее глаз. Смешанное чувство ужаса и восторга от реального соприкосновения с историей, с некой сказочной реальностью, о которой говорил раньше только профессор Биннс, захватило ее, и Паркер было очень сложно сдержать свои эмоции и не произнести чего-либо излишне циничного. Впрочем, никто и не требовал от нее комментария происходящего; ее напарница, судя по всему, вообще не испытывала никакого душевного подъема. Увидев колебания подчиненной, Паркер знаком попросила ее начать съемку, с пониманием, но и с неудовольствием осознавая ее неприспособленность к такому стрессу. Впрочем, все мы только учимся, и каждый имеет право на свой адаптационный период.
- Пожалуйста, сообщите нам о ходе расследования, - упрямым требовательным голосом заявила Паркер; с такими аврорами можно было общаться только так, если выпрашивать у них информацию - ничего не дождешься. - Установлено ли время совершения преступления? Есть ли улики? Присутствуют ли здесь родственники погибших, с которыми мы могли бы поговорить? Все это чрезвычайно важно. Люди имеют право знать.
Она и сама не заметила, когда эта фраза стала ее девизом.
Поделиться82015-09-16 16:31:29
Мелани даже не знала, чего хотела больше: чтобы их с Паркер не отправляли за сбором информации или чтобы все это поскорее закончилось, желательно даже не начавшись, и она могла отправиться домой спать (помоги ей Мерлин, чтобы после этого "первого рабочего дня" не одолевали кошмары). Однако когда Эшли взяла ее за руку и пронесла сквозь пространство вместе с собой, тем самым избавив свою младшую коллегу от позора демонстрировать собственные навыки трансгрессии, в последний момент промелькнула мысль, что все-таки лучше уж томительное ожидание. Но было уже поздно об этом задумываться, когда все равно ничего не изменить.
Итак, они оказались в пригородной местности аккурат, как можно было предположить, перед нужным домом - судить можно было не только по тому, что он являл собой конечный пункт их назначения, но и по определенно невиданному в столь ранний час только начинающегося рассвета оживления для этого района: вокруг сновали люди с хмурыми и невыспавшимися выражениями лиц (как Мелани понимала этих невезучих страдальцев) и в форменных мантиях авроров, чуть в отдалении можно было разглядеть нескольких зевак - судя по столь раннему появлению и домашней одежде, ближайших соседей потерпевших; вероятно, авроры уже успели наложить магглоотталкивающие чары, потому как редкие любопытствующие лишь бестолково оглядывались, даже не думая подойти ближе к месту событий, тихо переговаривались между собой и отрицательно качали головой в ответ.
Мелани даже не сразу поняла, задержав взгляд на двух лежащих телах, что смотрит за убитых - уж слишком странным и нелепым казалось это предположение. Они же вовсе не выглядели тронутыми смертью. С таким же успехом они могли просто... ну... как оно часто бывает, поскользнулся, упал, очнулся - гипс. Кто сказал, что они обязательно должны оказаться убитыми?
Вот уж действительно, Avada Kedavra не оставляет следов. Теперь представилась возможность убедиться в этом воочию.
Не так уж и страшно, промелькнуло в голове у Мелани. Вот только, кажется, организм ее был с этим не согласен: девушке вдруг стало что-то нехорошо, и пришлось на всякий случай прикрыть рот рукой.
Эшли отдала ей знак действовать, делать нечего - пришлось нехотя и неуверенно подойти поближе к распластавшимся телам. Не совсем понимая, зачем это делает - неужели никто из читающих "Ежедневный Пророк" раньше не видел неподвижных тел, просто неподвижных тел, а ведь картина, представшая сейчас перед Мелани, представлялась жутковатой именно оттого, что ничего ужасного она не увидела - девушка взяла в руки фотоаппарат и сделала несколько снимков убитого мужчины, убитой женщины, их дома, их тел на фоне их дома...
Пока, наконец, краем глаза на фоне светающего неба не заметила какое-то затемнение - вот что значит с самого момента прибытия не поднимать высоко головы. Черная метка захватила все ее внимание, Мелани смотрела на нее, сама того не желая, но не в силах оторвать завороженный взгляд. Сдается ей, раз в небе появилась одна, то с этой работой Мэлоун доведется насмотреться еще на десятки точно таких же, но впечатление ни от какой другой уже не сможет сравниться со зловещей чудовищностью той, которая сейчас предстала перед ней.
А еще ни к месту подумалось, что она же сама магглорожденная, и закончить жизнь так же, как эта пара, ей вовсе не улыбается.
Мелани подняла перед лицом фотоаппарат. Вот что следовало фотографировать, вот от чего у читателей могут побежать мурашки, а вовсе не от созерцания лежащих за земле мужчины и женщины с застывшим выражением ужаса на лицах. Мелс затуманенным разумом отметила, что, кажется, начинает мыслить как профессионал, что в сложившейся ситуации ей не очень-то понравилось.
Сочтя свою миссию выполненной и дождавшись, когда Эшли, насколько можно было судить издалека, вытянет из аврора все соки всю информацию, какой он только располагает, Мелани, утомленно отбросив непослушные волосы со лба, медленно подошла к освободившейся начальнице.
- Привет. Ну, как дела? Много узнала? - обратилась она к коллеге. - Ты выглядишь такой спокойной, - переминаясь с ноги на ногу, через силу улыбнулась Мелс, - такой... деловой. Тебе не кажется все это... жутким?
Поделиться92015-09-16 16:32:17
Показанные удостоверения работников прессы в итоге умудрились загадочным образом развязать аврору язык, и он, как будто надеялся, что таким образом запечатлеет свое имя в веках (наивный, наивный ты, Сэмми Кроули), принялся излагать Эшли собранные аврорами до текущего момента немногие факты по делу об убийстве, не забывая, тем не менее, выглядеть торопливым и занятым. Внимая послушно треплющему языком парнишке, Паркер сосредоточенно кивала и периодически черкала что-то привычной ручкой в своем потрепанном ежедневнике. Странички быстро заполнялись отрывочными записями мелким аккуратным почерком. Конан Кэмомайл - обнаружил, 5 a.m. Прим.время смерти - 1 a.m. Дж. Мартин Б., К. Оливия Б. (Хейли), 29 лет оба, магглорожденные (Рейв, Гриф) - поэтому убиты?! Цвет.лавка в Кос.Пер. К.Б. - беременна, 3 месяц. Родств. почти нет, у Дж.Б. - семья дяди, у К.Б. - только брат, Дэвид Хейли. Ботинок 11 размера (у Дж.Б. - 8) + чисто выполненная работа (с). Свидетелей нет (пока?), все спали. Ничего больше пока не понятно, сл-е ведется, надеются еще что-то найти - но! Убивающее заклятие, отследить почти невозможно.
Последнюю ремарку Эшли добавила от себя: разумеется, молодой взмыленный авроришка ни за что бы не признался в том, что их отделению, во главе которого стоит, тем более, непогрешимый и великолепный мистер Поттер, что-то может быть не по плечу. Однако приходилось принять как данность: такая, как он сказал, "чистая работа" Пожирателя и отсутствие свидетелей автоматически обозначала, что расследование заведомо может идти лишь по тупиковому пути. Если бы убийца не пришел в какой-нибудь из дней, раскаиваясь, в Аврорат и не сдался по собственной воле, у авроров не было никакого способа его выследить или даже выдвинуть против кого-то более-менее объективные подозрения. Так же, как в том, мартовском случае с убийством Макса Нестерова, виновник которого до сих пор не был пойман. Или что сейчас, проверить у всех чистокровных волшебников мира размер ноги? Эшли бы даже искренне посмеялась, если все это не было так грустно.
Вежливо поблагодарив Кроули и отпустив его дальше заниматься полной бесполезной ерундой, Эшли заложила ежедневник указательным пальцем и огляделась в поисках своей новоиспеченной напарницы, уже ожидая увидеть ее где-нибудь в сторонке, тихо справляющейся с неконтролируемой тошнотой. Однако Мелани приятно удивила ее. То ли она еще не вполне осознавала происходящее, то ли и правда оказалась девушкой с довольно крепкими нервами - во всяком случае, сейчас она направлялась к начальнице с фотоаппаратом в руках - и с видом честно выполненного долга. Паркер сдержанно улыбнулась ей - чтобы выказать одобрение, но при этом не оттолкнуть таким легкомысленным отношением к ситуации.
- Привет, - ответила она. - Да, аврор, кажется, выложил мне все, как на духу. Сегодня на редкость удачный день: обычно с ними приходится повозиться подольше. То есть, как удачный... - Эшли подумала, что эта ее фраза может прозвучать двусмысленно. - Конечно, трагедия, все дела... но я такого насмотреться успела уже, знаешь - а это же сенсация. Ты тоже скоро привыкнешь, Мэлс, не сомневайся, сейчас такое время, что... Ой, а кто это там? - автоматически обведя взглядом место преступления, неожиданно выпалила Эш.
В ответ на вопросительный взгляд фотографа Паркер молча ткнула пальцем в мужскую фигуру, сидящую на скамейке рядом с лужайкой дома Беккетов: массивную от какой-то невероятной мускулистости, сгорбившуюся, сжавшуюся, с опущенной головой. Мужчина не двигался и поэтому напоминал скульптуру какого-то греческого героя типа Геракла; а на его плечи какой-то дурацкой насмешкой было небрежно накинуто слишком маленькое клетчатое флисовое одеяло.
- Это ж ее брат... - прошептала Эш - правда, не в шоке сочувствия, а в каком-то восторженном экстазе. - Точно, этот, Дэвид Хейли... Мэлс, срочно, за мной, это бомба. Какая удача!
Аккуратным прыжком перемахнув через низенько протянутую красную ленту, ограждающую место преступления, Эшли, оглядываясь по сторонам, решительными шагами двинулась к лужайке дома, минуя по пути два распластанных на асфальте трупа. Взять интервью у разбитого горем брата погибшей и вставить его на первой полосе "Пророка" под каким-нибудь заголовком-цитатой Хейли типа "Из-за Пожирателей я потерял сестру" - что могло быть удачнее этого сегодня? Это вам не просто драматическая сводка фактов от бездушных авроров - это пропитанный болью текст, который, несомненно, вызовет отклик в сердце любого, самого черствого члена магического сообщества и принесет Паркер заслуженную славу! Ну и Мэлс, если Дэвид вдруг разрыдается, и девушка умудрится сфотографировать его в этот момент, чтобы вставить печальную колдографию на ту же первую полосу. Когда Эшли, успешно маскируя свое возбуждение, с трагической миной медленно шла по направлению к мистеру Хейли, у нее все же горели глаза.
- Мистер Хейли? - осторожно поинтересовалась Паркер, уточняя, к тому ли вообще подошла. Но что-то подсказывало ей, что она не ошибается; более того - что она с этим Дейвом Хейли не раз в жизни уже встречалась. Может, в Хогвартсе? Он не казался так уже сильно старше нее. - Мы с моей напарницей... хотели высказать вам наши искренние соболезнования по поводу... вашей утраты, - медленно и трагично проговорила журналистка тихим голосом, мастерски изображая драматичные паузы. - Вы... вы не могли бы ответить нам на несколько вопросов о вашей сестре? Я понимаю, как вам сейчас тяжело, но это очень важно, чтобы такие случаи больше не повторялись.
Поделиться102015-09-16 16:33:35
What will you do, if it all came back to you? ©
- Дейв, прости что я такой бестактный осел, но они просили поторопиться, - неуверенный голос Магнуса вытягивает меня из тьмы, в которую обрушилось мое сознание парой минут ранее. - Они не сказали, но по их тону было понятно, что Аврорат хочет избежать лишней шумихи, пока не нагрянула пресса. Мне правда очень жаль, - рука начальника ночной смены уже тянется, чтобы ободряюще похлопать меня по плечу, но, несмотря на то, что Магнус Блэквул не из трусливых, как-то неловко одергивается. Забавно, мой босс, который в обычное время за словом или за палочкой в карман не полезет, сейчас сомневается в правильности своих действий. Или просто не знает как поступить. Что ж, служителям Азкабана как никому другому простительно отсутствие такта. И я не злюсь. Я вообще не уверен, что что-то чувствую сейчас. Я завис где-то между реальностью и вымыслом. Мои эмоции еще не подоспели к разуму, до которого только-только начало доходить, что час назад я лишился двух самых дорогих мне людей. И пока отрицание все еще овладевало мной, я на автомате кивнул начальнику, застегнул полы своей мантии шагнул в камин, где зеленое пламя поглотило меня.
***
Суета вокруг мало трогала меня. Казалось, я вообще не существую для снующих вокруг авроров. Как бесцеремонно с их стороны даже не снять ботинок. Клара такая чистюля, будет в гневе, когда увидит, как они... Боль прорезает меня изнутри, когда я насильно одергиваю себя, что Клары больше нет. И Джорджа тоже. Их нет и никогда не будет. Пока их тела лежат у всех на виду. Вот Джордж, распластанный прямо у двери, с застывшим на лице спокойным выражением удивления. Я невольно нагибаюсь, чтобы поймать на себе его взгляд, но застывшие зрачки заставляют все мои внутренности сжаться в комок. Я чувствую, что не могу дышать. Я не могу существовать с осознанием того, что вы, ребята, уже окоченевшие трупы, как те заключенные, что испускают последний вздох в гнилых камерах Азкабана. Бросив взгляд в сторону кухни, я замечаю Клару, вернее ее тело. Видимо, она хотела убежать или найти палочку. Так и не привыкла все время носить ее с собой. Ее тело застыло на кухонном кафеле, принимая на себя его холод. Я рад, что не вижу ее лица. Я еще не готов к тому, чтобы проститься с ней. С ними. Простите меня, родные мои...
Утренний воздух продирает ноздри, но мне все равно. Обессиленный, я приземляюсь на скамейку перед витриной цветочного магазина, который сегодня утром так и не открылся. Мне нужно время. Я смирился с отсутствием отца, которого по сути и не помню даже. Мама долго болела, так что мысль о ее неминуемой кончине не была для меня шоком. А вот к смерти сестры и друга я не был готов. Смерть. Да что это я? Убийство. Настоящее убийство. И подонок, который это совершил сейчас где-то существует, живет и дышит, тогда как Клара и Джордж уже не могут. Я не потерплю...
-... вашей утраты, - я не сразу понимаю, что слова эти обращены ко мне. Кажется, на какое-то время я опять выпал из окружающей реальности. На меня каким-то таинственным образом оказалось накинуто клетчатое одеяло, а прямо надо мной нависали две девицы, по наличию фотоаппарата у одной и прытко пишущего пера у другой я понял, что нагрянула вездесущая пресса, чтоб их соплохвост побрал..
- Простите, нет. Я не настроен на разговор. Вы не позволите... - драпать отсюда как можно быстрее. Я не допущу размусолевания трагедии свей семьи во всеуслышание, а уж тем более в "Ежедневном Пророке". Я скидываю с себя одеяло и направляюсь в сторону, намереваясь трансгрессировать, но мне не дают прохода.
Поделиться112015-09-16 16:34:40
Удачный день, сенсация, скоро привыкнешь, да-да... Как в такому можно привыкнуть? К страху, к чужому горю, к смерти.
Ладно, возможно, когда-нибудь и привыкнет. Рано или поздно даже у врачей перестают дрожать руки перед операцией и не становится так невыносимо произносить слова соболезнования в случае фиаско.
Ну, или они уходят, если не выдерживают.
Мелани, по крайней мере, не нужно было никого резать (ну или уж точно не буквально) - всего лишь снимать все, что притягивает внимание. Даже разговаривать с кем-либо совсем не обязательно.
Однако, хоть и, если так подумать, она еще легко отделалась - ведь есть работа куда страшнее, важнее и неблагодарнее - ей не приятно здесь находиться. И вряд ли когда-нибудь это изменится.
Поэтому настроение начальницы - энтузиазм и плохо скрываемый восторг - очень коробило.
Но отвечать что-либо по этому поводу она не стала. Да и не успела: внимание Эшли привлекла фигура в отдалении - убитый горем, вероятно, брат погибшей, как сказала Паркер.
Если бы Мелани не ощущала себя морально, что все еще никак не сдаст тест по трансгрессии и все уже позади, и не боялась расщепа - никуда бы не пошла за Паркер, как собачонка на поводке, а сию же минутно исчезла в максимальном отдалении от места преступления.
Тревожить беднягу брата? Ну, нет. Пожалуйста. Какое ему сейчас еще внимание прессы?
Хотя ее, в общем-то, никто не дожидался, не оглядывался и ни коим другим образом не подгонял, будто забыв о ней - тем не менее, Мелани заковыляла следом за начальницей, периодически спотыкаясь о землю и крепко сжимая обеими руками фотоаппарат.
Эшли уверенно, будто заранее продумав и многократно отрепетировав речь, заговорила со своей новой жертвой, и от слов, обращенных к нему, Хейли будто бы только начал приходить в себя - и уж точно не был готов обсуждать произошедшее. О чем сразу же и сказал - максимально вежливо. Что и следовало доказать.
Мелани поспешно убралась с дороги, когда мужчина встал с намерением покинуть их общество, и растерянно таращилась ему в спину, не понимая, что дернуло ее побеспокоить этого человека, да и вообще, что уж там, пойти на эту работу - сколько раз она уже об этом думала за раннее утро первого рабочего дня?
Вдруг громко щелкнул затвор и ослепляюще щелкнула вспышка.
Трудно было перепутать, однако до Мелани все же не мгновенно снизошло осознание, что это именно она случайно так крепко сжала фотоаппарат, что он предательски сделал снимок спины Хейли.
Девушка, сгорая от неудобства, паники и стыда, как загипнотизированная, продолжала тупо смотреть округлившимися глазами на Хейли перед собой, максимально втянув голову в плечи.
Черт-черт, черт.
- Ой, - вырвалось у нее. - Простите.
Поделиться122015-09-16 16:35:00
Нет, Эшли не была злым человеком, получавшим удовольствие от процесса, если сыпала соль горстями на раны пострадавшим людям, а потом наблюдала, как всех этих родственников погибших скручивало от бесконечной внутренней боли - хотя так и могло показаться на первый взгляд. Бесцеремонным, бестактным - возможно; но только не жестоким. Ее энтузиазм в ситуациях подобных этой шел не от предельной черствости сердца, а от того спасительного ментального барьера, который со временем устанавливается между всеми военкорами и окружающими их событиями. Можно сочувствовать, сопереживать - но только в пределах разумного и, желательно, максимально притворно и отстраненно. После того, как Эшли поняла и сумела принять это, происходящее приобрело для нее очертания не реальных событий, а какого-то захватывающего литературного труда, в котором "сострадание и страх" были лишь необходимостями, ведущими к желанному катарсису. Она читала книгу чьей-то судьбы и могла даже пустить слезу над чьим-то нелепым и страшным концом... но потом она закрывала том и откладывала его на полку.
Сейчас она просто хотела вписать в том Третьей Войны Дейва Хейли. Этого громадного, статного, нелепого великана, мраморного Геркулеса, который застыл на пороге своего беспросветного будущего у одноименных столбов и никак не мог сделать шаг вперед.
Эшли на мгновение показалось, что они были знакомы когда-то. Ну да, разница в возрасте у них не должна была быть сильно большой; возможно, встречались в школе. Все равно она не собиралась принимать его близко к сердцу; он был всего лишь один из сотен силуэтов театра теней, которые ежедневно мелькали у нее перед глазами и представляли интерес только в качестве отдельных акцентных точек закрученного глобального сюжета.
- Простите, нет. Я не настроен на разговор. Вы не позволите... - тускло прогудел Хейли, поднимаясь с места. Эшли рефлекторно сделала шаг вперед, тут же перегородив ему дорогу.
- Прошу вас, мистер Хейли, - доверительно обратилась она к великану, заглядывая ему в глаза, отступая задом, пока тот пытался проложить себе дорогу к выходу с участка. - И властям, и прессе, и всему населению магической Британии необходимо знать причины, по которым были так зверски загублены дорогие вам люди, чтобы вскрыть язву как можно раньше и задушить заразу на корню. Мистер Хейли, люди имеют право знать!
Рядом вдруг щелкнул затвор фотоаппарата Мелани, и Эшли с неудовольствием поняла: рано. Возможно, Хейли бы еще удалось разговорить, продолжи она свои настойчивые уверения в пользе этого допроса, но слепящая вспышка, казалось, могла сработать на него, только как красная тряпка на быка, окончательно лишить доверия. Видимо, поняв, что поторопилась, Мелани сама ойкнула и пролепетала слова извинения. Нужно было действовать быстро. Эшли вытащила карандаш и блокнот и включила последний, экстренный режим: предельной настойчивости.
- Какие у вас были отношения с сестрой и ее мужем? - затараторила она. - Вы не замечали в поведении мистера и миссис Беккет что-либо подозрительное в последнее время? Может быть, им давно угрожали - вы, случаем, не знали об этом? Может быть, они просто выяснили что-то опасное, чему сами не придавали значения? А вы не задумывались, что это могла бы быть месть вам за что-то? Или это как-то связано с маггловским происхождением вашей семьи? Как вы думаете, это запланированная точечная атака Пожирателей Смерти или трагическая случайность?
Поделиться132015-09-16 16:35:34
Как и следовало ожидать, меня тут же попытались остановить. Та пигалица, что по всей видимости, была главной в этой паре, с настырностью, которой позавидовал бы любой представитель ее профессии, дала задний ход, продолжая перегораживать мне дорогу, в то время как ее напарница поступила умнее, быстренько убравшись с моего пути. Я вынужден был замедлить ход - не хотелось провоцировать прессу. Они-то из любой мухи могут раздуть слона. Но тем меньше хотелось мне, чтобы заголовок о смерти моих любимых людей соседствовал с заметкой о том, каким бесцеремонным упырем показал себя родственник погибших, очернивший их добрую память. Нет, они этого не заслуживают.
Однако напыщенная физиономия главной мамзели, которую чуть ли не распирает от чувства собственной важности, дает удар под дых моему самообладанию. Ненавижу, когда себя так ведут. Их работа ничего не дает людям, кроме как очередной пищи для сплетен. Она отравляет умы и заставляет плясать под дудку тех, кто стоит на самой верхушке нашей социальной пирамиды. И больше никакой пользы.
- Люди имеют право знать? Да неужели? - я почувствовал, как начинаю не на шутку заводиться. - О чем же конкретно имеют право знать люди, мисс-как-вас-там? Уж не об очередной брехне, которую вы напишете в своей паршивой газетенке? - Черт подери, Хейли! Держи себя в руках! Люди уже начинают оглядываться на твой рев. Надо сбавить обороты. Сделав глубокий вдох, я мысленно сосчитал до пяти, как учил меня Пенни в таких ситуациях, титаническим усилием заставил перейти на пару тонов пониже. - Я уже сказал. Никаких комментариев... ЧТО-О-О? Что за х*рня?! - И все мои старания отправились в тартарары с одной лишь вспышкой фотокамеры. Я рывком обернулся к той, что еще минуту назад считал более умной из двух баб. Что ж, девочка, инстинкт самосохранения у тебя явно не в порядке. Видимо мой рев оказал должный эффект, она начала лепетать какие-то извинения, которые смешались с тем речитативом, который поспешила обрушить на меня ее босс. Психологическая атака, и я на нее повелся.
- Подозрительное? Нет! Да никто им не угрожал! Я не зна...- поспешно ответил я и тут же осекся. Вот дрянь! Все-таки поймала меня! Замолчи, гребаная стерва! Заткнись, мать твою! - я знал, что слетел с катушек, но мне уже было все равно. Если я когда либо и думал о последствиях, то только перед дракой, потом меня было бесполезно останавливать. Я орал в лицо этой фифе, а ей хоть бы хны. Чувствуя, что она не намерена умолкнуть, я не нашел ничего лучше, как выхватить из рук первой фотоаппарат и с направленным усилием грохнуть его о каменные плиты. Мелкие осколки полетели в разные стороны, а вокруг меня наконец воцарилась тишина. Гробовая.
Молодец, Хейли. Ты сама дипломатичность.
- Разговор окончен. Прочь с дороги! - рявкнув на пигалицу, чтобы наконец убралась с моей дороги, я быстрым шагом направился к улице, где заканчивалась зона запрета на трансгрессию, и тут же трансгрессировал. Кажется, мне вслед были брошены какие-то слова, но я был слишком зол, чтобы их разобрать.